Текст видео
«Только контужен», — сказал адъютант о раненом Митаревском. Тот запомнил и слова, и тон. После Бородина артиллерист добрался до своей роты. Штабс-капитан с писарем сидели у огня и считали потери. Потом стали составлять представления к наградам. Митаревский попросил не упоминать его контузию. В воспоминаниях он объяснял: такие повреждения в армии часто считали пустяками. Ему было стыдно за то, что другим казалось недостаточной раной. Рядом перевязывались, вспоминали погибших. На повреждённых лафетах лежали хомуты выбывших лошадей. Нога болела всё сильнее. После отдыха Митаревского снова уложили в телегу — ехать к Москве.