★Командир Московского полка представил Митаревского к награде

Митаревский уже решил, что опять останется без награды. В ротном списке старших поставили впереди, его и прапорщика — после всех. Тогда пришёл вестовой Московского полка: полковой командир звал артиллериста к себе.

После Малоярославца Митаревский вернулся к роте, поел и сразу лёг спать. Проснувшись, увидел штабс-капитана за рапортом о потерях. У его отделения было много раненых лошадей. Офицеры остались живы, одному поручику лишь слегка оцарапало ногу. Повреждений самих орудий оказалось немного.

Затем составили представление к наградам. Подпоручика-англичанина не включили: по рассказу Митаревского, тот во время ожидания у повреждённого моста зашёл в избу, проспал до света и догнал штабс-капитана только к вечеру. Остальных записали по старшинству. Молодой офицер вспомнил Бородино, за которое остался без награды, и ожидал того же исхода.

У Московского полка его встретила другая бумага. Командир сидел у огня с офицерами — Митаревский насчитал восемь оставшихся, а солдат, по его словам, было немногим больше двухсот. Адъютанту велели читать. Оказалось, полк представлял к награде именно Митаревского за действия при своей пехоте.

Командир спросил, доволен ли он. Артиллерист поблагодарил. Тогда ему напомнили: под Тарутином к ним не приходил, а они его не забыли. Митаревский замялся, сослался на больную ногу. Он и вправду жил со штабс-капитаном, редко бывал у своих орудий и ни разу не зашёл к полковому командиру.

После чтения поднялся один из капитанов. Спросил, не из такого ли города молодой офицер. Услышав ответ, обнял его и напомнил прежнее знакомство. Десять лет назад он жил в доме Митаревских, учился в старшем классе народного училища и присматривал за двумя мальчиками — Николаем и его братом. Теперь Митаревский узнал его и обрадовался встрече.

По воспоминаниям артиллериста, представление полкового командира принесло ему Владимира с бантом. Действовал он на виду у Капцевича, дивизионного начальника. Поручик и штабс-капитан также получили Владимирские кресты, несколько нижних чинов — Георгиевские. День вручения знака Митаревский отдельно не называет.

У полкового огня он узнал сразу две вещи: работу его орудий помнили, а среди пехотных офицеров был человек, помнивший его ещё мальчиком. Вызов командира принёс ему неожиданное представление и встречу с человеком из прежней жизни.