Иллюстрация к истории «Гурко сообщил: сегодня двигаться не могу».
Генерал Гурко должен был вести свою часть кавалерии на новое направление. От него пришло известие: сегодня двигаться не может. Причины — переутомление и бескормица.
Так это донесение пересказал штаб 10-й армии 19 сентября 1914 года. По календарю русских документов было 6 сентября. Запись вошла в доклад № 501, отправленный из Белостока генералу Орановскому в два часа дня.
Дивизия ещё не собралась
Задачу 1-й кавалерийской дивизии определили накануне: поддерживать тесную связь с конницей 1-й армии и разведывать вдоль северной опушки Августовских лесов, на направлении Сейны — Сувалки. Для этого требовалось собрать людей и лошадей, которые находились в разных местах.
Одна бригада стояла в районе Сопоцкина. Другая, с конной артиллерией и Гурко, вела разведку под Августовом. Приказ задавал дивизии общее направление, но её части ещё предстояло свести вместе.
Именно здесь в докладе появляется сообщение Гурко. Штаб называет переутомление и бескормицу, не уточняя продолжительности отдыха или состояния подвоза. За сообщением о невозможности двигаться следует новый расчёт срока сосредоточения.
На назначенном направлении дивизия, по расчёту штаба, могла собраться не ранее 9 сентября старого стиля, то есть 22 сентября. Это был прогноз, сделанный 19-го, а не подтверждение того, что три дня спустя всё действительно завершилось.
Доклад 19 сентября 1914 года начинается в нижней части страницы. «Восточно-Прусская операция», 1939, с. 472; выше напечатаны документы предыдущего дня. Источник.
Одни уже на месте, другим нужен день
Дальше тот же доклад перечисляет другие соединения. Для 22-го и 3-го Сибирского корпусов штаб рассчитывал занять предписанное положение ещё в этот день: они уже находились в нужных районах. Части 2-го Сводного корпуса занимали переправы, другие ещё двигались или выгружались. В главных чертах его устройство ожидали через сутки.
У 2-го Кавказского корпуса была своя задержка. К вечеру он должен был дойти до Домброво. Оттуда требовалось продолжать путь к Кнышину, но корпус попросил дневку — день без дальнейшего марша, чтобы устроить части, выгрузившиеся с железной дороги.
Командующий армией разрешил использовать для этого следующий день. В докладе за разрешением сразу следует расчёт: Кнышина корпус сможет достичь к вечеру 10 сентября старого стиля, то есть 23 сентября.
Окончание доклада № 501 — вверху страницы. «Восточно-Прусская операция», 1939, с. 473; ниже начинается другое распоряжение. Источник.
Что изменилось в расписании
Сообщение Гурко и просьба Кавказского корпуса — разные случаи. В первом штаб передаёт невозможность движения из-за переутомления и нехватки корма. Во втором прямо сообщает о разрешённой остановке. Отдельного разрешения на дневку для Гурко в нём нет.
Но оба случая меняют ожидаемые сроки сосредоточения. На бумаге уже указаны направления и рубежи, а в расчёт приходится вносить усталость, корм и устройство прибывших частей. Доклад заканчивается конкретным решением: Кавказский корпус получит завтрашний день на дневку. Дальнейшее движение планируют уже с учётом этой остановки.
Коротко
1/4
19 сентября 1914 года штаб 10-й армии сообщил: Гурко сегодня двигаться не может. Причины — переутомление и бескормица. Кавалерии уже назначили новое направление, но выступить она пока не могла.
2/4
1-я кавалерийская дивизия была разделена. Одна бригада находилась у Сопоцкина, другая с конной артиллерией и Гурко разведывала под Августовом. Их предстояло собрать для разведки у северной опушки Августовских лесов.
3/4
Теперь штаб ожидал сосредоточения не раньше 22 сентября. В том же докладе 2-й Кавказский корпус просил дневку в Домброво: требовалось устроить части, выгрузившиеся с железной дороги.
4/4
Кавказскому корпусу разрешили остановиться на следующий день. Его прибытие к Кнышину рассчитывали на вечер 23 сентября. Для Гурко доклад передаёт невозможность движения; для корпуса — прямо разрешённую дневку. Исполнение этих сроков в документе ещё не отражено.
