Иллюстрация к истории «От дождя — клеёнка с шахматного стола».
Среди солдат, шедших под дождём, врач Василий Кравков заметил человека, укрывшегося клеёнкой с шахматного стола. Другой накинул женскую кацавейку. У кого-то на одной ноге был австрийский штиблет.
Запись В. П. Кравкова от 16 (29) сентября 1914 года. «Великая война без ретуши. Записки корпусного врача». М.: Вече, 2014, с. 55. Страница печатного издания дневника. Источник.
Эти детали остались в его дневнике за 16 сентября 1914 года по старому стилю — 29 сентября по новому. Кравков двигался вместе со штабом и смотрел на пешую колонну из другого положения: сам он относил себя к тем, кто ехал в экипажах.
Около двадцати пяти вёрст
В девять утра штаб выступил на северо-запад, к Ранишуву, через Подлесье и Соколув. Расстояние Кравков определил примерно в 25 вёрст.
Дорога размокла. По его описанию, дождь с градом и сильный ветер сопровождали движение всё время. Путь проходил преимущественно через хвойные леса и перелески. Песчаный грунт, как считал врач, всё же делал дорогу более сносной, чем та, которую он помнил по Маньчжурии.
Люди прикрывались от непогоды тем, что удалось достать. Кравков заметил отдельные предметы одежды; сколько солдат нуждалось в обмундировании, запись не сообщает.
Что он увидел — и что прочёл во взглядах
Кравков считал солдат голодными и описывал зрелище как мучительное для себя. Затем он написал об укоризне, которую будто бы читал в их взглядах, обращённых к едущим в экипажах.
Клеёнку, одежду и обувь Кравков видел сам. Укоризненные слова он мысленно приписывал солдатам: это его переживание дистанции между пешими людьми и штабом, а не записанный разговор.
Ночью — мысли о новой дороге
Около девяти вечера Кравков лёг спать, совершенно усталый. Ночью его занимала уже предстоящая самостоятельная дорога: он намеревался к послезавтрашнему дню закончить дела в штабе и ехать выяснять местонахождение штаба 10-й армии, куда получил назначение.
Его тревожила необходимость двигаться без переводчика по незнакомым деревням. Это ещё будущая поездка. В описанный день он продолжал путь со штабом.
В дневниковой записи рядом оказались две тревоги: увиденная днём незащищённость солдат под дождём и собственная неизвестность перед новой дорогой. Самая зримая деталь дня при этом осталась простой — клеёнка с шахматного стола, ставшая укрытием на марше.
Коротко
1/4. От дождя — клеёнка с шахматного стола
Такое укрытие у солдата заметил Василий Кравков 29 сентября 1914 года. Другой шёл в женской кацавейке; у кого-то на одной ноге был австрийский штиблет.
2/4
В девять утра врач выступил со штабом к Ранишуву. Предстояло около 25 вёрст через Подлесье и Соколув. Дорога размокла; дождь с градом и сильный ветер, по его записи, сопровождали движение всё время.
3/4
Сам Кравков ехал в экипаже. Он писал об укоризне, которую словно читал во взглядах пеших солдат. Вещи и одежду врач видел; слова солдатам приписывал мысленно. Это не запись разговора.
4/4
Около девяти вечера он лёг совершенно усталый. Ночью тревожился уже о собственной будущей дороге без переводчика: ему предстояло искать штаб 10-й армии. Пока же он продолжал путь вместе со старым штабом.
