На следующий день после Тарутинского боя офицеры собрались разбирать результат. Пленных и орудия взяли, неприятеля оттеснили. Но, по воспоминанию Митаревского, рассчитывали захватить весь авангард. Победа оказалась меньше ожидания. Говорили старшие, молодые слушали. Обсуждали опоздавшие колонны, путаницу в лесу и необходимость проводников. Сам Митаревский не видел всех передвижений. Вспоминали погибшего Багговута, обвиняли Беннигсена; за последней неудачей начали перечислять прежние ошибки генерала. У Пущина накануне солдаты пели, вернувшись в лагерь. В другой компании после отдыха остались недовольны. Источники сохраняют разные круги и моменты: радость возвращения могла смениться сравнением победы с тем, что прежде надеялись получить.