# Лукьян Прокофьев: человек при офицере

Лукьян вернулся поздно. Вещи, за которыми его отправили в Видзы, он привёз; писем не было. Пущин отметил это в дневнике — рядом с описанием озера, лесной дороги и деревни, до которой пришлось добираться в обход.

Тогда, весной 1812 года, полк ещё ходил по квартирам. Пущин ждал домашних известий, а Лукьян выполнял его поручения. В другой записи, за 11 мая по старому стилю, направление уже обратное: получив письмо, офицер посылает Луку в Свенцяны сдать на почту свои.

Лука и Лукьян — один человек, Лукьян Прокофьев. Он был дворовым Пущина и сопровождал хозяина в походе. Ехал с ним, исполнял поручения, приносил известия. Офицер командовал ротой; Прокофьев зависел от него лично. В дневнике их общая дорога видна с той стороны, на которой находился хозяин.

К концу августа дорога стала совсем другой. Армия отходила от Дорогобужа к Вязьме. Переходы назначали один за другим; выступали вечером, шли ночью, останавливались и снова собирались. На одном из ночных привалов Лука сообщил Пущину, что сбежала лошадь. Из двух офицерских лошадей это была любимая.

У неё была ещё одна, совсем частная ценность: в день отъезда из Пулкова её поцеловала женщина, обозначенная в дневнике как госпожа Б. Пущин очень дорожил лошадью. Услышав о пропаже, он выругал Луку и весь день оставался в дурном настроении. В чём именно состояла вина Прокофьева, запись не говорит. Она сохранила дурную весть и раздражение человека, которому её принесли.

Впереди было Бородино, затем уход из Москвы. Прокофьев оставался при Пущине. Поздним сентябрьским вечером он снова позовёт его — на этот раз посмотреть на небо. Офицер будет лежать в палатке; над далёким заревом появится остроконечная огненная полоса и скоро исчезнет. Пущин свяжет её с пожаром Москвы, вокруг заговорят о предзнаменовании. Сам Лука никакого объяснения в дневнике не оставит. Он только заметит необычный свет и позовёт другого человека его увидеть.

Позднее Прокофьев получит свободу. Пока же они идут одной дорогой, каждый на своём месте. Письма, потерянная лошадь, зов к выходу из палатки — по этим коротким появлениям мы будем узнавать Луку среди людей похода.

### Источники

- П. С. Пущин, [«Походный дневник»](https://www.hrono.info/libris/lib_p/puschin1812.html), записи 25 апреля, 11 мая, 12–15 августа и 13 сентября старого стиля. Прочитана сохранённая транскрипция соответствующих записей. Майское поручение — **отправить** письма в Свенцянах; апрельское возвращение из Видз — без писем. Эти два эпизода не объединены в один.
- П. С. Пущин, [«Дневник», издание 1987 года](/serial-media/new/1812/P1812-SEP-luka-intro/abef5d081e4b7dc3-pushchin-diary-1987.pdf), печ. с. 63 / PDF 65: огненная полоса 13 сентября старого стиля / 25 сентября нового. В знакомстве это переход вперёд, не событие публикационного дня.
- В. Г. Бортневский, примечание 33 того же издания, печ. с. 178 / PDF 197: Лукьян Прокофьев, 1789–1866, дворовый человек Пущина, участие в походе и последующее освобождение. Дата освобождения не указана. Собственная речь Прокофьева и его объяснение пропажи лошади не сохранились в использованных записях; виновность не утверждается.