# Раненые просили вести к «Софийскому»

Раненые офицеры и солдаты просили отвести их к Софийскому. Так в корпусе знали врача, настоящего имени которого Митаревский не сохранил. Зато он запомнил и его работу, и его место в лагерной компании.

Под Тарутином у штабс-капитана часто бывали два доктора. Один был поклонником Вольтера. Другой любил выпить: по мере выпивки козырёк его фуражки постепенно перемещался от глаз к затылку.

У этого застольного портрета есть продолжение. Впоследствии, пишет Митаревский, второй доктор стал чрезвычайно искусным оператором. Его будущую известность мемуарист соединяет с воспоминанием о тарутинском знакомстве.

Митаревский сам видел, как врач перевязывал раны и оперировал. Хладнокровие поражало. Приятели шутливо звали его мясником; отдельного пациента и исхода операции этот рассказ не описывает.

Доктор не обижался. Смеясь, напоминал насмешнику: и тот ещё может попасть к нему в руки. За общим столом сидели люди, которым самим могла понадобиться его помощь.

В компании замечали его привычки. Раненые помнили, к кому хотят попасть. Эти две стороны одного человека остались в рассказе Митаревского — вместе с именем, под которым его знал корпус: Софийский.