# Пущин оделся для похода и остался в бараке

Пущин едва вернулся с обеда в свой барак, когда получили приказ одеваться. Выступление показалось неизбежным. Но оно не последовало. Вместо дороги пришло другое распоряжение: готовиться назавтра к смотру.

Обедал капитан у Сомова в Леташевке. Незадолго до этого тот специально приезжал из главной квартиры сообщить Пущину о награждении за Бородино. Теперь они встретились за столом. О чём говорили и кто ещё был приглашён, дневник не рассказывает. В памяти дня остался прежде всего резкий переход от обеда и возвращения домой к ожиданию немедленного выхода.

Подобная готовность уже сопровождала лагерные дела. Только что выстроив себе тёплое жильё, Пущин узнал о запрете отлучаться из лагеря: могли выступить. На следующий день запрет повторили, потом разрешили солдатам идти в баню. Теперь он опять оказался у своего барака перед возможным уходом — и опять остался.

Капитан записал не отмену известного ему замысла, а смену собственного ожидания. Приказ одеваться он понял как подготовку к выступлению. Следующий приказ назначал смотр. Причину этой перемены он здесь не объяснил.

Позднее смотр действительно начался. Люди с раннего утра стояли под ружьём; генерал ещё не доехал до батальона Пущина, когда сильный дождь заставил разойтись по баракам. И уже в тот день последовал приказ о ночном выходе против французского авангарда. Ожидаемое движение стало действительным, но это следующая запись и следующий эпизод.

Пока же короткий рассказ кончался на месте. Устроенное жильё ещё оставалось его жильём. Между обедом у Сомова и завтрашним смотром капитан успел приготовиться к уходу, которого в этот раз не случилось.

### Источники

- [Павел Пущин. Дневник. Издание 1987](https://imwerden.de/pdf/dnevnik_pavla_pushhina_1812-1814_1987_text.pdf), с. 65–66 / PDF 67–68, запись «4 октября. Четверг» и соседние записи 1–2 и 5 октября старого стиля. Число и день недели расходятся: эпизод оставлен в пределах 3–4 октября старого стиля / 15–16 октября нового. Дата главы не устраняет расхождения.
- Примечание 123 связывает ситуацию с планированием Тарутинского боя; это позднее редакторское объяснение. В самой записи Пущин не объясняет причины невыхода. Обед не превращён в военный совет, а ожидание капитана — в известный ему приказ атаковать. Использован русский перевод дневника; французский оригинал не сопоставлен.