# Две папки у седла

Лошадь потянулась за листьями и шагнула из укрытия. Два или три шага — и корнет Александр Каменский оказался на виду. Он подвёл коня к кустам на опушке, чтобы рассмотреть в бинокль деревню Энгельсхее, а семерых кирасир оставил позади. Совсем близко стоял немецкий эскадрон. Всадники спешились; трое офицеров ещё сидели верхом и смотрели в карты.

Немцы заметили Каменского и выслали разъезд к лесу. Он отвёл своих людей примерно на версту, откуда продолжил наблюдение. Выход 8 сентября 1914 года начинался с другой задачи: найти брод и осмотреть лес по направлению к Велау. Теперь приходилось следить и за теми, кто обнаружил разведчиков.

Вместо брода Каменский нашёл мост на барках между Гросс-Плауеном и Редденом. Его охраняли десять сапёров и пехотинцев; при отходе им предстояло сжечь переправу. Когда немецкий эскадрон ушёл, Каменский вернулся в Редден и принял командование охраной. Маленький разъезд получил опору у моста, но из-за ближайших селений продолжали приходить новые признаки опасности.

Со стороны Клейн-Энгелау послышалась стрельба. Каменский развернул людей в цепь, приказал ждать команды и увидел в бинокль всадника, скакавшего к ним. Это был вестовой корнета фон Кеппена из четвёртого эскадрона. Его лошадь была ранена. Сам офицер с ним не вернулся.

По рассказу вестового, они вдвоём наткнулись на немцев, сперва приняв их за своих. Под огнём Кеппен упал вместе с конём и остался неподвижен. Вестовой решил, что он убит. Так это известие дошло до Каменского; поздняя авторская связка в полковой истории сообщает о пленении Кеппена. То, что человек успел увидеть, и то, что стало известно впоследствии, здесь различается.

Каменский продолжал наблюдать. Небольшая конная группа вошла в Егерсдорф. Он выдвинул цепь на высоту и велел открыть огонь по сигналу, а сам с разъездом пошёл в обход справа. После стрельбы немцы отступили. Остались осёдланная лошадь, запутавшаяся в поводьях, и непромокаемый плащ со следами крови.

У седла Каменский нашёл чёрную бархатную фуражку и две папки. Внутри были карты, планы и записи: отмеченные броды, склады фуража и продовольствия, артиллерийские позиции, наблюдательные пункты. Разъезд вышел искать переправу, а теперь вёз сведения сразу о нескольких местах, важных для противника. Находку нужно было доставить тем, кто мог ею воспользоваться.

Каменский отвёз папки в штаб дивизии. Захваченного вороного коня генерал Казнаков отдал ему лично. Плечо у животного было повреждено, и его отправили в обоз. Здесь история дня заканчивается, но в воспоминании остаётся ещё одна короткая весть: через два месяца конь оправился. Карты ушли в штаб, а судьба лошади продолжилась за пределами разведывательного выхода.

### Источники

Г. А. Гоштовт, «Кирасиры Его Величества в Великую войну», [глава 5](http://www.grwar.ru/library/Goshtovt-Kirasiry/CM_05.html), с. 103–106: авторская связка и опубликованные записки А. В. Каменского. Событие датировано 26 августа старого стиля / 8 сентября нового, а не датой выпуска 9 сентября. Речь вестового передана по Каменскому; сведения о пленении Кеппена принадлежат авторской связке. Германский дневник внутри книги не заявляется отдельно проверенным источником. Выздоровление коня относится к позднейшему времени.