# Забрать человека из окопной роты

Чтобы забрать Якова Кронрода из роты, Ефиму Маневичу пришлось за него поручиться. У Кронрода было больное сердце; во время рытья окопов случился приступ. В полковой политчасти ему нашлась бы другая работа — раздавать газеты командирам и политработникам. Но комиссар не хотел доверять её беспартийному.

До войны Маневич и Кронрод работали в московском Институте экономики. В июле 1941 года вместе ушли в 21-ю дивизию народного ополчения Киевского района. В воспоминаниях Маневича сохранилось, как они шли рядом в первом отделении первой роты 61-го стрелкового полка. Военная служба начиналась для них в одном строю.

Потом Маневича вызвали в политчасть: райком рекомендовал его секретарём полковой комсомольской организации. Он создавал ячейки, проводил собрания, знакомился с молодыми бойцами. Кронрод остался в стрелковой роте, на окопных работах. Узнав о его состоянии, Маневич обратился к комиссару Крылову.

Уговорить комиссара удалось не сразу. По рассказу Маневича, препятствием была беспартийность товарища. После долгих уговоров Крылов спросил, готов ли Маневич лично за него отвечать. Тот согласился. Тогда комиссар разрешил перевод.

В тот же день Маневич поехал за Кронродом на полковой полуторке. Рота находилась далеко и продолжала рыть окопы. Полученное разрешение теперь обернулось конкретной поездкой: нужно было добраться до товарища и привезти его к новому месту службы. Маневич забрал Якова в политчасть. Вместо лопаты его работой стали газеты.

Позднее новое назначение получил уже сам Маневич — в дивизионный политотдел. Он попрощался с однополчанами, взял вещевой мешок и отправился из леса, где располагалась полковая политчасть, в деревню. Провожал его Кронрод.

В начале этой истории Маневич добивался разрешения поехать за товарищем. В конце товарищ шёл рядом, провожая его на другую службу. Между двумя эпизодами был перевод, для которого оказалось недостаточно найти подходящую работу: потребовались уговоры, личное поручительство и поездка в далёкую роту.

### Источники

[Е. Л. Маневич, воспоминания, издание 2016 года](https://inecon.org/docs/2016/Manevich_EL_book_2016.pdf), глава «В дивизии народного ополчения», с. 59–62. Позднее свидетельство участника. Разговор с комиссаром передан в косвенной речи; отдельные документы о переводе здесь не представлены. Сведения о сердце и приступе сохранены как рассказ Маневича, без уточнения медицинского диагноза и исхода.

Историческая датировка — летняя предыстория 1941 года. Точный день перевода, маршрут полуторки и местоположение роты не установлены. Дата публикационного слота не перенесена на событие. Иллюстрации — условные реконструкции, не документальные изображения участников и разговора.