За танки и возвращённые гильзы предложили разные премии

После выстрела у орудия оставалась стреляная гильза. Её предстояло собрать, сдать, затем увезти обратным рейсом на дивизионный обменный пункт. Первого ноября 1941 года Военный совет Западного фронта предложил платить за эту работу: орудийному расчёту — пятьдесят рублей за сто гильз, шофёру или повозочному — столько же за доставленную тысячу.

Проект отправили Георгию Маленкову вместе с другим предложением — о поощрении за уничтоженные танки. Обращение № 989 просило рассмотреть оба документа и внести их на утверждение ГКО. Один касался результата боя, другой — возвращения имущества после стрельбы. Оба ещё нуждались в решении: это не ведомость уже выданных денег и наград.

Танковую шкалу ранее, 21 октября, излагали в телеграмме Сталину. Бойцу или командиру, уничтожившему танк бутылкой «КС» либо гранатой, предлагали тысячу рублей. За три танка предусматривалось также представление к ордену Красной Звезды. За пять проект называл орден Красного Знамени, за более чем пять — орден Ленина, за десять и более — представление к званию Героя Советского Союза.

Для тех, кто действовал расчётом или экипажем, составили отдельную шкалу. Она относилась к артиллеристам, танкистам и расчётам противотанковых ружей. За три танка каждому участнику предлагалась тысяча рублей, вместе с представлением к медали «За отвагу». За пять и более весь расчёт или экипаж представлялся к ордену Красного Знамени, за десять — к ордену Ленина, свыше десяти — каждый к званию Героя.

Ступени в опубликованном предложении перекрываются: «пять и более» включает и числа, для которых следом названы другие награды. Верхняя граница тоже различается: у отдельного бойца — десять и более, у экипажа — свыше десяти. Так написан проект; превращать его в однозначную таблицу действовавших правил нельзя.

У второго предложения была своя последовательность работы. Сначала орудийный расчёт собирал и сдавал гильзы. Предусмотренные пятьдесят рублей за сотню предназначались всему расчёту, а не каждому человеку. Затем груз забирал шофёр или повозочный. За тысячу гильз, привезённых обратным рейсом на обменный пункт, ему предлагали ещё пятьдесят рублей.

Здесь премия зависела и от калибра: за гильзы свыше 76 миллиметров её собирались удвоить. Бойцов и командиров, отличившихся организацией сбора и возврата, командир части должен был представлять к правительственной награде. Проект охватывал не только человека, поднявшего гильзу у орудия, но и тех, кто организовал её дальнейший путь.

Обратный рейс становился отдельной поощряемой работой. В одном случае счёт шёл на уничтоженные танки, в другом — на сотни собранных и тысячи доставленных гильз. При этом коллективная премия за сбор не совпадала с выплатой каждому участнику расчёта в танковом проекте: адресаты и условия были разными.

По примечанию издателей, подлинник обращения подписали Булганин и Хохлов, номер и дата вписаны от руки; текст опубликован по заверенной копии. Решения ГКО и имён получивших деньги здесь нет. В обращении предлагали вознаграждать две работы, разделённые ходом боя: остановить вражескую машину и вернуть с передовой то, что осталось после собственных выстрелов.