Штаб просил людей с оружием, километры кабеля и радиостанции

Двадцать пять — тридцать тысяч человек требовались 50-й армии. В докладе о боях за Тулу к этому числу добавлялось условие: люди должны прийти с оружием. Штабу предстояло восстановить соединения, которые с сентября теряли бойцов, орудия, обозы и средства связи. Одним прибытием пополнения эту убыль было не восполнить.

За сентябрь дивизии, по оценке штаба, потеряли от четверти до двух пятых своего состава и пополнения не получили. Особенно тяжёлой была убыль артиллерии, миномётов и станковых пулемётов. Октябрьские отходы увеличили потери личного состава армии до названных в докладе 70–80 процентов. Эти проценты охватывали разные виды убыли; считать всех этих людей погибшими нельзя.

В пяти дивизиях — 279-й, 278-й, 290-й, 260-й и 258-й — были потеряны техника, обозы и связь. Из них командование считало возможным составить одну неполную дивизию. К докладу прилагался план слияния, но в публикацию он не вошёл. Пока перед нами предложение штаба: свести остатки соединений, которые продолжали носить пять отдельных номеров.

В 194-й, 217-й и 154-й сохранилось больше людей. С орудиями было иначе. У 217-й артиллерии не было вовсе, у 154-й оставалось шесть орудий, у 194-й — пятнадцать, причём все горные. Из примерно девяноста орудий всей армии пятьдесят восемь были горными, с осколочными снарядами. Для дальнейших боёв штаб просил полевую артиллерию и бронебойные боеприпасы.

Связь предстояло восстанавливать вместе с вооружением. Проводные и радиосредства доклад отмечал лишь у 413-й и 194-й дивизий; в артиллерийских частях их не было. В заявке стояли триста полевых телефонов, а рядом — кабель: тысяча двести километров двухпроводного и тысяча однопроводного. Для радиосвязи требовались десять — двенадцать РСБ и двадцать станций 5 АК. К ним запрашивали тридцать пять зарядных агрегатов. Аппараты, линии и питание нужно было получить вместе, чтобы средства связи могли работать.

За требованием прислать вооружённых людей шёл подробный перечень оружия: 500–600 станковых и 1500–1800 ручных пулемётов, 2000–3000 ППШ и ППД. Артиллерийская заявка включала 75–80 противотанковых сорокапяток, 80 полевых 76-миллиметровых орудий и 40 гаубиц калибра 122 миллиметра. Для борьбы с самолётами просили 20 зенитных 37-миллиметровых орудий и столько же зенитных пулемётных установок. Ещё требовались 50 противотанковых ружей.

Танки штаб пересчитывал по типам. У 32-й бригады, потерявшей до половины личного состава, оставались два КВ, четыре Т-34, шесть БТ-7 и восемь Т-60. Для 108-й танковой дивизии ожидали из Москвы десять КВ и двадцать Т-60. Получить их должны были «сегодня» — так записано в докладе. До подтверждения приёмки танков документ не доходит.

Само это «сегодня» осталось между двумя датами. В шапке и обращении стоит 11 ноября, у подписей Ермакова, Сорокина и Аргунова — 10-е. Публикация не объясняет разницы. Доклад описывает состояние армии в эти дни; в сериале он помещён на 12 ноября.

Заявка заканчивала рассказ об отходах и обороне Тулы тем, что теперь требовалось войскам. Для пополнения — оружие. Для артиллерии — подходящие орудия и снаряды. Для приказов и донесений — телефоны, радиостанции, кабель и питание. Ответа на весь этот запрос здесь нет. Сохранился перечень того, без чего штабу предстояло продолжать бой.