Жуков предупредил об обходе Киева. Ставка согласилась

Вечером 19 августа 1941 года Ставка ответила Георгию Жукову: его оценку опасности на киевском направлении считают правильной. Продвижение немцев к Чернигову, Конотопу и Прилукам могло вывести их к советским армиям с тыла. В тот же вечер последовал приказ удерживать Киев.

Жуков тогда командовал Резервным фронтом. Его предупреждение касалось участка южнее: противник мог обойти киевскую группировку по восточному берегу Днепра. Город ещё оборонялся. Но для удара в тыл его защитникам немцам не обязательно было сначала взять Киев. Подвижные части могли пройти восточнее, перерезав дороги, по которым армиям предстояло отступать.

В рукописной шифртелеграмме Сталина и Шапошникова эта угроза обозначена прямо. Авторы согласились с Жуковым, а затем назвали уже замеченное движение: одна немецкая колонна прошла Унечу и вышла к Стародубу. Под угрозой оказывались 3-я и 21-я армии. Географические названия в сообщении выстраивались в путь с севера на юг, за Днепром, в обход советской обороны.

Для противодействия этому манёвру, сообщали Жукову, уже создали Брянский фронт под командованием Андрея Ерёменко. Это было сообщение о ранее принятой мере, а не распоряжение создать фронт после получения предупреждения. О других мерах обещали известить отдельно. Телеграмма заканчивалась надеждой пресечь продвижение немцев.

На листе сохранились исправления синими чернилами. На обороте — подписи Сталина и Шапошникова, номер 001082 и отметки прохождения документа. Ответ признавал опасность, но не сообщал об отмене обороны Киева. Его практический расчёт состоял в том, чтобы остановить обходившие город войска.

В 18:00 датирована директива № 001084, обращённая к главнокомандующему Юго-Западным направлением Семёну Будённому и членам его Военного совета. Копии предназначались командующим Юго-Западным и Южным фронтами. Документ охватывал гораздо большее пространство, чем подступы к одному городу: от северной части Днепра до его устья, с отдельными задачами по защите промышленного востока и черноморских направлений.

Ставка перечисляла несколько возможных продолжений немецкого наступления. Среди них были обход Киева с севера и юга, движение через Кременчуг и Полтаву на Харьков, удары к Донбассу, Северному Кавказу, Крыму и Одессе. Это прогноз, которым руководствовались при постановке задач; он не означал, что все перечисленные удары уже начались. Обход Киева занимал в перечне первое место.

Основой обороны должен был стать восточный берег Днепра. При этом предписывалось сохранять Киевский и Днепропетровский районы, предмостные позиции и Днепровский лиман. Река должна была прикрывать большую часть фронта, а удерживаемые участки у переправ — связывать оборону двух берегов. Отдельной задачей оставалось прикрытие левобережной Украины с суши и воздуха.

Юго-Западному фронту Михаила Кирпоноса назначили участок от района Лоева до Переволочной. Ему приказывали удержать Киев «во что бы то ни стало» и прикрыть направления на Чернигов, Конотоп и Харьков. В той же части документа стояло требование: при занятии новой оборонительной линии выделить в резерв фронта не менее восьми стрелковых дивизий.

Цифра в директиве не подтверждает, что восемь соединений уже собрались и были готовы немедленно вступить в бой. Кирпоносу предстояло одновременно переместить часть сил, удержать назначенные рубежи и создать резерв. Местом фронтового штаба документ называл Прилуки — один из городов, в направлении которых опасались немецкого продвижения.

Отход правого фланга был прямо предусмотрен. На оставляемых подступах приказывали устраивать заграждения, образовав перед новой обороной полосу глубиной не менее пятнадцати километров. Инженерные сооружения требовали развивать прежде всего в Киевском районе. Поэтому свести приказ к неподвижной обороне на прежних местах нельзя: движение войск допускалось, но Киев оставался обязательной позицией.

Южному фронту назначили оборону ниже по Днепру и потребовали иметь не менее пяти стрелковых дивизий в резерве. Будённому предстояло собрать ещё один резерв направления — минимум четыре стрелковые и три кавалерийские дивизии. Для борьбы с воздушными десантами в глубине приказывали расположить подвижные части, прежде всего конницу и мотопехоту. Последние пункты требовали привести части в порядок, пополнить их и подтвердить получение приказа.

За этими требованиями стоял расчёт на несколько действий сразу: оборона реки удерживает наступающих с запада, Брянский фронт мешает обходу с севера, резервы позволяют отвечать на новые прорывы. Признание угрозы в ответе Жукову сочеталось с надеждой, что ей ещё можно противодействовать, сохранив Киев. Два документа не позволяют установить, насколько быстро и полно этот расчёт обеспечили войсками.

На немецкой стороне выбор направления тоже проходил через спор. По исследованию Центра военной истории армии США, часть генералов добивалась продолжения наступления на Москву; Гитлер отдавал приоритет флангам. Приказ от 21 августа направил 2-ю армию и 2-ю танковую группу на юг. Поэтому нельзя приписывать участникам переписки 19 августа знание всех следующих решений противника. Они отвечали на уже различимую угрозу.

В сентябре её остановить не удалось. Танковые группы наступали навстречу друг другу: с севера через район Конотопа и с юга, от плацдарма у Кременчуга. Войска Юго-Западного фронта оказались окружены восточнее Киева. Разрешение оставить город и укреплённый район последовало 17 сентября. Между признанием опасности и этим разрешением прошёл почти месяц.

Примечание к документам. Время на рукописной телеграмме и служебные отметки её прохождения не устанавливают время получения Жуковым. Директива № 001084 представлена в источнике заверенной архивной копией 1956 года.