Четыре версты до своей армии

Вечером 9 сентября 1812 года Милорадович лежал в избе, когда к нему пришёл Барклай-де-Толли. Он просил принять арьергард — войска, которые прикрывали отступление русской армии. Милорадович позднее рассказывал, что отправился к ним тем же вечером и принял командование у Раевского.

Рассказ об этом вечере сохранил Александр Михайловский-Данилевский. В 1818 году, во время поездки по Крыму, он попросил Милорадовича вспомнить сдачу Москвы. История началась с дней после Бородина. Поэтому сцена в избе известна нам из позднего устного рассказа самого командира, а не из записи, сделанной вечером 9 сентября.

Подробный ход следующего дня сохранился в другом документе — черновой записке о действиях арьергарда. Её написал неизвестный человек, а Розен правил текст своей рукой. Исследовательница Б. В. Семенищева установила его почерк по подписанному письму. В записке особенно подробно описана пехота, которой Розен командовал: где стояли егеря, какие батальоны поддерживали соседей и когда резерву пришлось возвращаться в бой.

На следующее утро, 10 сентября, бой возобновился около восьми часов. По записке с правкой генерала Розена, первым в перестрелку вступил 11-й егерский полк. Но противник угрожал обойти левый фланг, и пехота с артиллерией получила приказ отступать. Егеря выходили из леса; один батальон остался в кустарнике у дороги, чтобы не дать преследователям сразу двинуться за ними.

Отход не был одним непрерывным движением по дороге. В записке описана промежуточная остановка у Кузминского: пехота заняла позицию и устроила батареи. Затем Милорадович решил, что для задержки неприятеля пока достаточно кавалерии с конными орудиями, и велел пехоте отходить до леса. Кавалерия и казаки продолжали отражать атаки, артиллерия останавливала движение преследователей.

К четырём часам дня пехота приблизилась к Крымскому. По записке, главная армия находилась за Нарой, не более чем в четырёх верстах. Французский авангард теснил прикрытие. Если продолжать подаваться назад, бой мог приблизиться к лагерю.

Милорадович объяснял своё решение близостью главных сил: он хотел дать армии время отойти дальше и привести себя в порядок после Бородина. У Крымского он приказал оказать сильное сопротивление. Розен, командовавший пехотой арьергарда, получил задачу выбрать позицию и расставить войска.

Две причины сопротивления названы в записке рядом: близость армии и усилившееся преследование. Расстояние дано как предел — не более четырёх вёрст. Близость лагеря объясняет, почему прежний порядок, когда часть войск задерживала противника и затем отходила, у Крымского пришлось изменить.

Для обороны подошли высоты у большой дороги. Артиллерия могла обстреливать дорогу и мешать противнику ставить батареи напротив. Левый фланг прикрывали болота. Но даже здесь пришлось рассыпать батальон егерей по скату в кустарнике: неприятельские стрелки могли незаметно подобраться к орудиям.

На правом фланге, у самого Крымского егерский полк Фёдорова занял кусты и небольшую рощу. За ней Розен поставил егерские полки Потёмкина, а левее, за каменной оградой, разместил резерв правого фланга. Отдельные батальоны оставались готовыми поддержать левый фланг или центр.

За спиной защитников были тесные проходы и мост через речку, названную в записке Польгой. Всем частям на позиции не хватало места. Поэтому главный резерв — Бутырский, Томский, Софийский и Либавский пехотные полки — перевели на другой берег.

В записке названы части, которым предстояло поддерживать друг друга. Потёмкин командовал 48-м и 30-м егерскими полками за рощей. За каменной оградой стоял 33-й. Батальон 11-го и 36-й егерский полк оставались резервом левого фланга, способным помочь и центру. Четыре пехотных полка за рекой составляли главный резерв. Такое распределение позволяло Розену подкреплять угрожаемый участок, пока другие части оставались на своих местах.

Около пяти часов подошли русская кавалерия и казаки. Вслед за последними казаками показались неприятельские колонны. По описанию записки, первые попытки атаковать центр и левый фланг упёрлись в неудобную местность: к дороге приходилось приближаться по узкой лощине под огнём пушек. Основной бой сместился вправо, к егерям у рощи.

Описание позиции у Крымского 29 августа (10 сентября) 1812 года: болота у левого фланга, стрелки в кустарнике и резерв за рекой. Публикация записки с правкой Розена в статье Б. В. Семенищевой, страница 5 PDF. Это печатная расшифровка документа. Источник: Бородинский музей-заповедник.

Батареи не давали неприятельским орудиям придвинуться ближе. На правом фланге полки Потёмкина отвечали на атаки штыковыми ударами. Милорадович усилил их батальоном 33-го егерского полка.

Тем временем цепь полка Фёдорова начала слабеть и отступать. Розен ввёл весь резерв именно этого полка и приказал полковнику Александру Фёдорову ударить в штыки. В атаку пошёл и майор Гейдекин. Противника сбили; Фёдоров получил тяжёлую пулевую рану в руку.

В этот момент, по записке, казаки привели к Милорадовичу пленного неприятельского офицера. При нём находилось письменное приказание дивизии, шедшей на подкрепление: изменить направление и обойти русский правый фланг. Автор записки связывает пленение посыльного с тем, что приказ не дошёл и обход не состоялся.

Самого захваченного документа в этой публикации нет. Мы знаем об эпизоде из русского описания боя. Там же высказано предположение, что противник возобновлял атаки, ожидая подхода обходившей дивизии; это догадка автора записки о неприятельском расчёте, а не установленное намерение французского командования.

Затем атакующие возобновили натиск. Теперь полк Фёдорова усилили оставшимся батальоном 33-го полка и одним батальоном 36-го. Главному резерву велели вернуться через реку. Бутырский и Томский полки оставили на дороге в колоннах, Софийский и Либавский поставили правее рощи. Они должны были поддержать Потёмкина и встретить противника, если тот обойдёт фланг. Там же разместили четыре конных орудия.

В записке описан и бой конницы. Неприятельская кавалерия попыталась помешать русским стрелкам занять кустарник и отрезать их. Часть русской конницы под командованием Уварова ударила по ней и отбросила. Затем снова последовали атаки пехоты и кавалерии. Контратака, в которой ранили Фёдорова, была важным эпизодом этого боя, но после неё сражение ещё не закончилось.

Бой продолжался до десяти вечера. В записке описаны новые атаки пехоты и кавалерии; русские части удержали поле. Преследование удалось задержать там, где до собственной армии оставалось лишь несколько вёрст.

Наутро арьергард снова двинулся в путь. В записке указаны дата и время: 30 августа старого стиля, то есть 11 сентября, десять часов утра. Вечером резервам пришлось идти через мост на помощь сражавшимся. Утром, уже после окончания боя, арьергард пересёк речку и продолжил отход.