☆Бургонь листал выброшенные книги и оставлял их другим

Бургонь поднимал том, немного листал и бросал обратно. Следом книгу подбирал другой человек — и тоже оставлял. Больше часа 30 октября сержант шёл так среди выброшенных вещей. Ему попадались Вольтер, Жан-Жак Руссо, «Естественная история» Бюффона: красный сафьян, золотой обрез.

Ночью впервые выпал снег. Утром дорога была уже плохой. Повозки, нагруженные добычей, едва двигались; многие сломались. Другие владельцы, опасаясь того же, облегчали груз. На земле оказывались картины, канделябры, книги. Бургонь был в арьергарде, позади колонны, и видел вещи, от которых избавлялись впереди.

Десятью днями раньше он сам разбирал слишком тяжёлый ранец. Тогда оставил белые брюки, сохранив еду, парадный мундир и присвоенные московские предметы. Теперь красивые тома лежали у него под ногами. Их можно было поднять и посмотреть, но дальше он их не нёс.

В тот же день ему досталась медвежья шкура. Солдат своей роты сказал, что только что подобрал её в разбитой повозке с мехами. Для Бургоня это была удача; происхождение находки он передал со слов товарища.

Своя маркитантка тем временем лишилась транспорта. Вместе с ним пропали их припасы и большой серебряный сосуд, в котором прежде готовили пунш. Как именно потеряли повозку, сержант не объяснил. При выходе из Москвы этот сосуд и питьё доверили матери Дюбуа; теперь о них пришлось писать как о потере.

За один день Бургонь приобрёл шкуру и лишился части общего снабжения. Книги же задерживались у него лишь на несколько страниц. Том переходил к следующему человеку и снова оставался на дороге, пока колонна двигалась дальше.