Подводы для будущих раненых

К десяти утра Пущин был у Бородина. Корпус вышел от Колоцкого монастыря до шести, и теперь впереди слышалась сильная пальба. Здесь ожидали нападения.

В этот день, 3 сентября, Кутузов написал жене, Екатерине Ильиничне. Он был здоров, надеялся на Бога и сообщал, что армия «в полном духе». Вспомнил Смоленский образ Богоматери, вынесенный солдатами из города. Икона шла вместе с войсками. В конце письма были поклоны домашним и благословение детям.

Другим адресатом Кутузова стал начальник штаба 2-й армии Эммануил Сен-При. Ему поручалось готовить подводы для больных и тех, кого ранят в предстоящем генеральном сражении.

Нужного числа никто ещё не назвал. Следовало собрать столько, сколько возможно, и прежде всего сообщить, сколько уже имеется. Потом присылать новые сведения по мере поступления повозок.

Транспорт велели свести в особое депо и поставить под надзор. С лошадьми, по расчёту Кутузова, здесь должно было быть легче: овёс ещё стоял на корню, сена и травы хватало. Можно было собирать подводы и кормить животных, пока они ожидают работы.

Сен-При предстояло заняться этим с особенным усердием. Такое же поручение получил Ермолов в 1-й армии. По обе стороны армейского разделения готовили людей и повозки для тех, кто после боя уже не сможет идти вместе с остальными.

Но подводы были нужны ещё до первого раненого. На них привозили хлеб и фураж, на них хотели везти полковые вещи и частные грузы. На следующий день Кутузову пришлось распоряжаться о возвращении транспорта, который войска удерживали у себя.

О задержках сообщил сенатор Василий Ланской, ведавший продовольствием армий. Обывательские подводы приходили с припасами и оставались при полках. Некоторые уже были отпущены, ехали домой — и на дороге их снова перехватывали, заставляя принять другой груз.

Вместе с повозкой задерживали лошадь и человека. Поездка с хлебом продолжалась полковой или частной перевозкой. Тем временем из дома нужно было отправлять следующую партию продовольствия. Калужский губернатор жаловался, что задержки мешают новому подвозу.

Кутузов предупреждал о возможном недостатке пищи в армии. Задержанные подводы требовалось собрать в назначенные депо. Калужские — немедленно отправить обратно, дав им пристава и документы для проезда.

На самой позиции предстояло обеспечить проход. 4 сентября инженер-генерал Пётр Ивашев получил поручение устроить переходы и мосты, по возможности из фашин — связок хвороста. Начальникам корпусов велели позаботиться о свободном сообщении между частями. Орудиям, людям и подводам нужны были пути через занятое войсками поле.

Пущин пришёл сюда утром, под звуки пальбы, и записал, что ожидают нападения. В тот же день Кутузов просил Сен-При прислать первую ведомость подвод и затем дополнять её по мере сбора. Сколько людей придётся увозить с поля, ещё никто не знал. До сражения оставалось четыре дня.