Десять возов без лошадей

Овёс уже был насыпан в мешки, возы нагружены и отведены в сторону от склада. Оставалось привезти лошадей. Митаревский послал за ними в роту и стал ждать.

Пока лошадей не было, управляющий угостил его прекрасным завтраком; в саду росли фрукты, которых офицер давно не видел. Он гулял, ел и набрал себе запас.

Это было ещё до Бородина, во время отступления от Смоленска. Позднее Митаревский объяснил, почему так часто оказывался вдали от роты: младший офицер исполнял обязанности ротного квартирмейстера. Ему приходилось добывать продовольствие и получать припасы из складов. До ранения под Бородином это оставалось его постоянной работой.

Сено находили в селениях и на лугах, грузили прямо на лафеты. С овсом было труднее. За переходы от Смоленска к Рудне прежние запасы почти вышли, и после очередной ночи в дороге ротный командир отправил Митаревского вперёд с двумя солдатами: где-нибудь найти корм.

Ехали долго. В большом селе, на широкой улице, стоял готовый к выходу кирасирский отряд. Из окна господского дома смотрел генерал. Он заметил Митаревского, позвал к себе и стал расспрашивать: откуда едет, далеко ли армия, зачем послан вперёд.

Услышав про овёс, генерал подвёл его к окну и показал фольварк в стороне от дороги. Оттуда он уже накормил весь свой отряд, взял запас, и всё же овса оставалось много.

До фольварка было не больше версты. Митаревский нашёл управляющего и объявил, что собирает овёс для корпуса. Потребовал подводы и мешки.

Овёс был. Мешки и возы тоже можно было достать. Не было лошадей: всех отправили с господским имуществом. Митаревский ответил, что пошлёт за полковыми, и управляющий обрадовался. Прислал людей насыпать и грузить; вскоре около десяти возов стояли готовыми.

Теперь, после завтрака и прогулки по саду, ожидание затянулось. Было уже за полдень. Подошла армия, и весть об овсе быстро привела к складу новых людей. Прибывали офицеры, артиллерийские ротные командиры, команды с мешками. Каждый старался что-нибудь получить. Начались давка, крик и споры.

Подъехал гвардейский артиллерийский полковник. Митаревский хорошо его знал: прежде служил у него юнкером, и тот был к нему добр. Полковник попросил посторониться — нужно набрать для гвардии.

В ответ посыпались насмешки: где можно поживиться, гвардия первая, а как до дела — позади. Так этот разговор запомнил Митаревский. Полковник уехал, ничего не получив. Бывший юнкер хотел предложить ему пару возов, но не заметил его отъезда.

Самому Митаревскому теперь было не до сада. При нём оставался один солдат, и оба не отходили от нагруженного овса. Лошадей всё не было. Люди подходили и спрашивали, что здесь стоит. Он отвечал: запас для корпусной квартиры. Одни уходили молча, другие замечали, что корпусная квартира, видно, жирно кушает.

Уехать без лошадей было невозможно. Оставалось удерживать возы среди людей, которым тоже нужен был корм. Митаревский боялся, что овёс отнимут.

Тогда подъехал его бригадный командир с офицером и несколькими солдатами. Он опоздал к раздаче и досадовал, уже не надеясь что-либо получить. Митаревский рассказал, что набрал овёс для роты ещё утром, но ждёт лошадей и опасается потерять запас.

«Дай мне пару возов, так я сохраню остальные», — предложил командир, по воспоминанию автора, полушутя.

Митаревский с радостью согласился. Вскоре прибыли ротные лошади. Овёс увезли благополучно; до места, где расположилась армия, оказалось недалеко.

Митаревский запомнил эту поездку со многими подробностями: завтрак у управляющего, фрукты в саду, знакомого полковника, которому не досталось ничего, и два воза, отданные за сохранность остальных. Найти овёс в тот день удалось утром. Доставить его своим оказалось отдельным делом.

Н. Е. Митаревский, «Воспоминания о войне 1812 года», глава V, издание 1871. Сохранённая транскрипция: research/season-2026-09-11/transcriptions/S1812-MITAREVSKY-1871-CHV.txt, абзац «Простояв около церкви почти до вечера…»; обязанность квартирмейстера — абзац о Вязьме. Позднее личное воспоминание; разговоры переданы автором спустя годы. Около десяти возов — приблизительная оценка. Имена генерала, управляющего, гвардейского полковника и бригадного командира в этом эпизоде не названы.

Событие относится к августовскому отступлению после Смоленска, до Бородина. Точное число и название фольварка не установлены. 28 сентября — предполагаемая дата публикации ретроспективной главы, не историческая дата события.