Утром перед ними опять оказался . Накануне Бургонь с товарищами с трудом обошёл повозки, выбрался на Калужскую дорогу и остановился на короткий ночлег. Пока пехота отдыхала, большая часть транспорта ушла вперёд. Теперь через него предстояло пробираться заново.
Из Москвы выступили после полудня 19 октября. Перед выходом припасли питья и положили его вместе с большим серебряным сосудом на повозку своей маркитантки, матери Дюбуа. За городом оказались почти в темноте и сразу попали в скопление экипажей. По оценке Бургоня, они шли в три или четыре ряда и тянулись больше чем на лье.
Сержант слышал французскую, немецкую, испанскую, итальянскую, португальскую речь. Вместе с военными шли маркитанты с жёнами и детьми, русские крестьяне, евреи и другие гражданские. Дети плакали; хозяева уже сломавшихся повозок кричали и бранились. В позднем воспоминании Бургонь перечисляет голоса, одежду, толкотню — всё, через что пришлось пройти, прежде чем дорога освободилась.
Ночевать остановились в лесу, когда ночь была уже на исходе. Едва рассвело, двинулись дальше. Не прошли и лье, как нагнали большую часть того же обоза. Одни повозки были разбиты, другие не могли идти по песку: колёса глубоко вязли. Снова приходилось обходить застрявший транспорт среди криков на разных языках.
Когда наконец миновали это скопление, всё равно остановились — ждали левую часть колонны. Бургонь успел разобрать свой тяжёлый ранец. Затем впереди послышались ружейные выстрелы. Приказали взять оружие и ускорить шаг.
Через полчаса дошли до места, где напали на транспорт, прикрытый красными гвардейскими уланами. Самого нападения Бургонь не описывает как очевидец. Он увидел убитых , русских и лошадей. Возле одной повозки на земле лежала мёртвая женщина. В воспоминании он объяснил её смерть испугом; как это определил, не рассказал.
Дальше пошли по дороге, которую сержант нашёл довольно хорошей. Вечером опять устроились на ночлег в лесу. За первые сутки обоз дважды оказался перед ними: сначала его пришлось обгонять при выходе из Москвы, затем — после собственного отдыха. Повозка матери Дюбуа ещё оставалась в пути; её потеря будет в рассказе позднее.
Источник
Адриен Бургонь. Воспоминания. Французское издание 1910, глава III: выход 19 октября, ночлег, движение следующего дня и последствия нападения. Прочитаны соответствующие участки локальной транскрипции, включая строки 5647–5729 и 5837–5859. Позднее воспоминание в опубликованной редакции. Длина обоза и время пути — оценки автора; перечисление людей не является переписью всей колонны. Причина смерти женщины по этому рассказу не устанавливается. Глава относится к 19–20 октября, а не к дате её места в сериале.
Понравилась история?
Комментарии к истории…
Коротко
Вечером 19 октября Бургонь с трудом обошёл повозки, тянувшиеся за Москвой в несколько рядов. Вокруг кричали на разных языках, плакали дети, бранились хозяева сломанных экипажей.
На Калужской дороге остановились ночевать в лесу. Отдых был коротким, но успел уйти вперёд. Утром не прошли и лье, как снова встретили его: колёса вязли в песке, разбитые повозки мешали движению.
Позже услышали выстрелы. На месте нападения на транспорт Бургонь увидел убитых , русских, лошадей и женщину возле повозки. День закончился новым ночлегом. Обойти обоз один раз оказалось недостаточно.
Карты и лица этой истории
Адриен Жан-Батист Франсуа Бургонь — рисованный портрет
Адриен Бургонь в графической интерпретации портрета 1830 года, опубликованного в его мемуарах. Художественная реконструкция сохраняет поздний возраст героя.
Человек изображён в1830, не в1812; ранний возраст/новая форма не дорисовываются.
Цвета одежды и кожи художественно интерпретированы по монохромному оригиналу. Рисунок не является источником формы/наград для даты главы.
Редакционная художественная реконструкция. Источник: Автор портрета не указан
Москва, Малоярославец и Калуга — рисованная региональная карта
Художественная реконструкция.
Художественная карта региона от Москвы и Можайска до Малоярославца и Калуги по французскому листу C6. Названия и движения не нанесены; точные пути переходов и позиции не назначены.
Региональная географическая основа. Она не задаёт точные позиции частей и маршруты.
Региональная основа Москва–Можайск–Малоярославец–Калуга по листуC6; не полный месячный атлас.
Источник датирован каталожным интервалом1812–1814, не показывает положения частей конкретного дня.
Мелкие строения, поля и лесные фактуры художественно обобщены; отдельные линии не заменяют съёмочную или кадастровую геометрию.
Точные точки, дороги переходов, мосты, заставы, адреса и позиции не назначены; наложения требуют отдельной калибровки по источнику.
France, Depot de la guerre; Bibliotheque nationale de France, Carte de la Russie Europeenne, C6; IIIF regional reproduction2700×2955, native full sheet9616×6456 preserved separately.
Вечером Бургонь с товарищами обошёл огромный обоз. Утром тот снова оказался впереди: пока пехота отдыхала, повозки продолжали путь.
Из Москвы вышли 19 октября. Питьё и большой серебряный сосуд положили на повозку маркитантки, матери Дюбуа. За городом оказались почти в темноте.
Обоз шёл в три или четыре ряда, по оценке сержанта — больше чем на лье. Военные, торговцы, гражданские, семьи с детьми. У сломанных повозок кричали и бранились на разных языках.
После короткого ночлега в лесу двинулись на рассвете. Не прошли и лье, как опять нагнали обоз. Колёса вязли в песке; через скопление транспорта пришлось проходить снова.
Позже впереди услышали выстрелы. Через полчаса дошли до места нападения на транспорт. Бургонь увидел убитых улан, русских, лошадей и мёртвую женщину возле повозки.
Вечером опять ночевали в лесу. За сутки обоз дважды преградил им дорогу. Повозка матери Дюбуа пока оставалась в пути; её потерю автор опишет позднее.
Комментарии к истории…