Два дня подряд Пущин выступал в четыре утра и добирался до затемно. На третий задержался до десяти. Солдатам разрешили сварить суп — давно уже на марше им не давали такой возможности.
Это было 2 ноября. Накануне прошли, по счёту капитана, шестьдесят и остановились у Сулейки, на дороге от Юхнова к Гжатску. Холод становился невыносимым. К Пущину наконец добралась его повозка: предыдущим днём она заблудилась, оставив хозяина без обеда. Теперь утренняя задержка давала время приготовить еду людям корпуса.
В дневнике капитан начал новую часть — об отступлении французов. Москва оставлена, после Малоярославца стало известно, по какой дороге движется неприятель. Русский корпус шёл в том же направлении. Для Пущина в этом начиналась «целая эпоха» его дневника: поход продолжался, но теперь он понимал, куда уходят французы и куда идут следом русские.
В десять утра выступили. Большой тракт, на который выбрались накануне, опять оставили и пошли просёлками к Вязьме. В течение дня доносились взрывы пороховых ящиков, порой — пушечные выстрелы. Пущин занёс эти звуки в дневник, не называя места каждого взрыва.
К пяти вечера остановились у Дубровной. До Вязьмы, по его записи, оставалось двадцать семь вёрст. С наступлением ночи он сообщал о казачьих нападениях на французов; отступавший неприятель двигался к Смоленску. По лагерю шло известие, что русский отряд уже находится под этим городом. Если это верно, рассуждал капитан, он должен опередить французов.
Впереди оставались Вязьма, Смоленск и новые переходы. А в дневнике за этот день нашлось место утренней удаче солдат: поздний выход позволил наконец сварить суп.
Понравилась история?
Комментарии к истории…
Коротко
После двух выходов в четыре утра Пущина 2 ноября выступил только в десять. Солдатам разрешили сварить суп: давно уже на это не давали времени.
Накануне прошли шестьдесят и добрались до Сулейки ночью. Теперь снова свернули с большого тракта на просёлки к Вязьме. Весь день капитан слышал взрывы пороховых ящиков и отдельные пушечные выстрелы.
В пять вечера остановились у Дубровной, в двадцати семи вёрстах от Вязьмы по записи Пущина. Французы уходили к Смоленску. Говорили, что русский отряд уже там и может их опередить. Это ещё было известие; утренний суп — уже состоявшаяся передышка перед дорогой.
Наполеон Бонапарт по картине Жака-Луи Давида «Император Наполеон в своём кабинете в Тюильри», 1812. Художественная реконструкция официального портретного образа.
Официальный живописный образ, не снимок московского похода. По музейной карточке Наполеон, вероятно, не позировал Давиду для этой картины; кабинетная композиция не документирует один конкретный момент.
Награды и миниатюрные эмблемы в рисунке обобщены и не используются как самостоятельное доказательство.
Художественная карта района Вязьма—Гжатск—Можайск по листу C6, масштаб 1:500 000. Местность обобщена; точные маршруты, переправы и положения войск не назначены.
Региональная географическая основа. Она не задаёт точные позиции частей и маршруты.
Регион Вязьма–Гжатск–Можайск по фрагменту C6, не полный месячный атлас.
Источник датирован каталожным интервалом1812–1814, не показывает положения войск конкретного дня.
Рисованные здания, штриховка, лесные и полевые фактуры художественно обобщены; точные границы участков не установлены.
Точные положения, переправы и маршруты не назначены; перед наложениями нужна калибровка по географическому оригиналу.
France, Depot de la guerre; Bibliotheque nationale de France, Carte de la Russie Europeenne, C6; IIIF regional reproduction3600px wide, native full sheet preserved separately.
Русский перевод и обработанный дневниковый текст; французский оригинал не получен. Сетевая публикация того же дневника не независима.
Библиография и примечания из текста
Павел Пущин. Дневник. Издание 1987, с. 68–69 / PDF 70–71, записи 19–21 октября старого стиля. Использован русский перевод дневника. Положение отряда под Смоленском передано как известие, полученное автором, а не установленный им факт.
Суп перед маршем 2 ноября 1812 года: поздний выход корпуса Пущина — История: день за днём
Комментарии к истории…